Встать на ноги

После двух десятилетий, проведенных за решеткой, человек по прозвищу Старый оказывается на свободе. Его освобождение – не начало новой жизни, а скорее формальное завершение старой, той самой, что оборвалась двадцать лет назад из-за судьбоносного решения. Тогда, на суде, он взял на себя вину не только за собственное преступление, но и за участие своего друга Рахима, надеясь на братскую честность и будущую благодарность. Однако время, которое для одного текло в камере, для другого стало трамплином в мир больших денег и респектабельного статуса. Рахим, некогда равный партнер по риску, теперь – успешный бизнесмен, давно вычеркнувший из своей биографии неудобные страницы и человека, который эту биографию спас. План Старого, выстраданный за долгие годы, кажется ему кристально простым и справедливым: найти Рахима, получить причитающуюся долю за годы молчания, а затем навсегда исчезнуть где-нибудь у моря, чтобы доживать свой век в покое. Он не строит иллюзий о героизме или искуплении; тюрьма, как последнее прибежище, всегда остается у него в запасе. Его цель – не месть, а тихое, обеспеченное забвение. Однако жизнь, особенно та, что была на двадцать лет заморожена, имеет свойство преподносить сюрпризы, ломающие любые, даже самые продуманные схемы. Встреча с Рахимом оборачивается не выплатой долга, а унизительным ожиданием и отговорками, показывающими, что для бывшего друга он – всего лишь неприятное напоминание о прошлом. Но это оказывается лишь первой проблемой. Гораздо больший удар судьбы ждет его в лице взрослой дочери Оли, о существовании которой он даже не подозревал. Оля, прикованная к инвалидной коляске, обладает железным характером, который сформировался в полном отсутствии отца. Решение полиции поселить их вместе в одной квартире становится для обоих болезненным экспериментом, за которым с профессиональным интересом и скрытым участием наблюдает строгая, но симпатичная участковая. Старый, чья жизнь управлялась тюремными понятиями и кодексом воровской чести, пытается примерить на себя роль отца. Он помогает, вмешивается, давит на дочь гипертрофированной заботой, действуя так, как считает правильным – по своим, вынесенным из прошлой жизни, законам. Но Оле не нужны его попытки купить любовь или откупиться вниманием; ее мир, выстроенный вопреки обстоятельствам, не терпит вторжения. Она хочет от него лишь одного – чтобы он исчез так же внезапно, как и появился, оставив ее в привычном одиночестве. Эта вынужденная близость двух чужих, раненых людей, связанных кровью, но разделенных пропастью опыта и обиды, становится главной драмой, заставляющей Старого пересмотреть не только свой простой план обогащения, но и всю систему ценностей, с которой он вышел на свободу.